Ментовский Петербург
В 2008 году мы прибыли в Санкт-Петербург для того, что бы участвовать в расследовании ряда «заказных» убийств и рейдерских захватов. Первое, что удивило в городе - это огромное влияние, которое имеет ГУВД. Во всех других регионах главенствующую роль среди силовиков играют местные УФСБ. А в Санкт-Петербурге - оперативное сопровождение по громким делам, разработку чиновников, закулисные игры с лидерами преступных группировок, охрану свидетелей по резонансным расследованиям осуществляли милиционеры. Особенно это выглядело удивительно на фоне того, что все руководство ФСБ состояло из выходцев из Санкт-Петербурга. Так же на стороне ментов была городская прокуратура и Генеральная прокуратура.Нас еще в Москве предупредили, что сотрудники ГУВД будут всячески осложнять жизнь. И действительно оказалось, что все пребывающие из столицы следователи, сотрудники ФСБ попадают под плотную опеку ментов. За ними чуть ли не от вокзала устанавливалось наружное наблюдение, делались попытки, так называемых подходов, и т.д.![Бадри Шенгелия](/uploads/posts/2021-02/1614415382_badri-shengeliya.jpg)
«Нам не нужны «смотрящие» из Москвы»
Особенно жесткая схватка между ФСБ и ГУВД развернулась из-за фигуры Олега Маковоза, ближайшего сподвижника «вора в законе» Владимира Тюрина (Тюрик). Когда-то Маковоз отвечал за силовые операции в группировке Тюрика «Десятка», потом сам стал «авторитетом». Тюрик, в свою очередь, является близкой связью одного из самых влиятельных «воров в законе» Асана Усояна (Дед Хасан). Именно Тюрину Усоян поручил следить за интересами их клана в Санкт-Петербурге, а «глазами, ушами и руками» Тюрика в «северной столице» был Маковоз. Он располагал своей группой киллеров, которую возглавлял Денис Долгушин. Долгушин знал подробности большинства крупных «заказных» убийств в Санкт-Петербурге, поскольку или лично их совершил, или участвовал в подготовке преступлений, или знал о деталях от знакомых исполнителей. Настоящий кладезь информации. Именно Долгушин, кстати, разработал в свое время операцию по устранению «авторитета» Константина Яковлева (Костя Могила). В 2003 году между Дедом Хасаном и Могилой возникли серьезные недопонимания по ряду коммерческих проектов. Что бы контролировать ситуацию, Дед Хасан несколько раз отправлял Тюрика из Москвы в Санкт-Петербург, во время одного из визитов он прямо в аэропорту столкнулся с Яковлевым. Разговор сразу перерос в ссору, Яковлев сказал Тюрику примерно следующее: «Передай Деду Хасану, что мы тут в Питере без всяких «смотрящих» разберемся, нечего к нам никого присылать». Тюрик информацию передал, после этого участь Кости Могилы была решена. 25 мая 2003 года, во время визита в Москву, Яковлев был расстрелян мотоциклистами. А вскоре после этого Долгушин решил расправиться и со своим боссом Олегом Маковозом. Причин этому было несколько. Во-первых, Долгушину кто-то «шепнул», что его «заказал» сам Маковоз. Во-вторых, Долгушину к тому времени надоела роль обычного киллера. Он рассчитывал, что после смерти Маковоза сможет занять его место. Тем более, убийство всегда можно было списать на мести со стороны людей Кости Могилы. 14 октября 2003 года в Санкт-Петербурге киллеры буквально изрешитили машину (всего было выпущено около 90 пуль), в которой находился Маковоз. Но сам он остался жив. После этого Долгушин понял, что жизнь его больше ничего не стоит, и оказался в объятиях представителей ГУВД Санкт-Петербурга. Произошло это не без содействия тамбовских. П некоторым данным, Владимир Кумарин лично провел беседу с Долгушиным.![Денис Долгушин](/uploads/posts/2021-02/1614415346_denis-dolgushin.jpg)
![Олег Маковоз](/uploads/posts/2021-02/1614415558_oleg-makovoz.jpg)
В постели с прокурором
Как это не банально звучит, события разворачивались в духе американских боевиков или сериалов, типа «Ментовские войны». ФСБ взяло под свою усиленную охрану Макавоза, а ГУВД под свою - Долгушина. Обе стороны организовали друг за другом постоянное наружное наблюдение и прослушивали телефоны оппонентов, начался сбор компромата. В частности мы выяснили, что сотрудники ГУВД и прокуратуры испытывают какую-то настоящую любовь к Долгушину, причем порой в прямом смысле этого слова. В своих разговоров менты и прокурорские называли его, не иначе, как «Дениска» и носились с ним, как с «писанной торбой». Все, что Дениска не пожелает, тут же сотрудники ГУВД ему организовывают. В результате постоянно наблюдали за их совместными походами в лучшие гостиницы, бани, рестораны, ночные клубы. Только, что с ложечки не кормили. В одну из таких бань, облюбованных Дениской и сотрудниками ГУВД, была установлена камера наблюдения. Вначале мы наблюдали, как Дениска там выпивает с ментами, а потом в бане появляется сотрудник прокуратуры, помогавшая поддерживать гособвинение по многим делам, рассматриваемым в судах Санкт-Петербурга. И вот это женщина уединяется с Дениской, и они начинают прямо в бане заниматься любовью. Позже выяснилось, что парочка уже давно являются любовниками. Стоит отметить, что прокуратура на всех судах требовала для Дениски, на счету которого десятки человеческих жизней, просила условные сроки. Произошло это не сразу. На первом процессе в 2005 году гособвинитель попросил для Долгушина 15 лет тюрьмы. Слушания срочно были прерваны. Владислав Пиотровский лично поехал в Москву, в Генпрокуратуру. После этого слушания возобновились, но прокуратура уже запросила для «киллера» восемь лет «условно». После этого Долгушину долго давали только условные сроки.Тем временем сам Маковоз, попав под защиту ФСБ, тоже разговорился. Он дал информацию об убийствах, к которым имел отношение Кумарин, а так же рассказал о своих взаимоотношения с Владиславом Пиотровским. Познакомились, они еще в 90-е годы, когда Маковоз контролировал в Санкт-Петербурге один из ЧОПов, а Пиотровский был начальником криминальной милиции. В результате Пиотровский предложил Маковозу сотрудничать, как с ним, так и с другим заметным персонажем «бандитского Петербурга» бывшим начальником охраны мэра города Анатолия Собчака Романом Цеповым.
Впрочем, без «проколов» не обошлось. Маковоз взамен на показания просил иногда разрешать ему выбираться в город: сходить в сопровождении сотрудников ФСБ в ресторан, к девушкам. Обычно оформлялось это так: следователь давал разрешение на перевозку Макавоза из СИЗО в больницу для проведения обследования, а на самом деле он под охраной отправлялся развлекаться. Все эти «вылазки» проводились в условиях повышенной конспирации. Но несколько таких походов засекла «наружка» ГУВД Санкт-Петербурга, которая передала информацию в СМИ поднялся большой скандал.
Четких победителей в схватке «за Макавоза» -не было. С одной стороны от «авторитета» удалось «отсечь» убийства, которые совершили тамбовские. С другой стороны, большей части информации, полученной от Макавоза, в частности в отношении Пиотровского хода не дали. В июне 2009 года суд приговорил Макавоза за заказные им убийства к 23 годам колонии строго режима, а его бывший киллер Долгушин получил всего пять лет и три месяца лишения свободы.
Одним из главных противников ГУВД и прокуратуры стал следователь СКП РФ Олег Пипченков, который и руководил всеми расследованиям в Санкт-Петербурге. Человек он весьма своеобразный. Большую часть жизни Пипченков занимался расследованием дел о бандитизме, убийствах, деятельности ОПГ. Он всегда говорил, что его любимым героем является Глеб Жеглов. Для Пипченкова не существует каких-то полутонов- все либо белое, либо черное. В результате по многим делам был явный перебор с обвиняемыми. Самый большой «урожай» был собран на расследование о рейдерском захвате Фрунзенской плодоовощной базы (ФПК), в рамках которого обвинения предъявили аж 25 фигурантам. Потом, правда, от претензий к большинству этих людей отказались. Большой интерес к истории с ФПК был потому, что через это дело можно было зацепить Владислава Пиотровского.
![Владимир Сыч](/uploads/posts/2021-02/1614415390_vladimir-sych.jpg)
ФПК принадлежала пожилому бизнесмену Семену Абрамовичу Шубину. Потом ее захватили люди Слиозберга. Шубин через какие-то свои связи сумел договориться о встрече с Пиотровским, рассказал ему о случившемся. Начальник ГУВД отправил Шубина к Сычу, пообещав, что тот со всем разберется. Ну а дальше сработала описанная ранее схема. Подчиненные Сыча взяли у Шубина для экспертизы росписи на двух листах бумаги, на которые потом юристами Миши Купчинского были нанесены тексты договоров. Впрочем, милиционеры допустили большой прокол. Когда Шубин писал целиком свои ФИО он нервничал, в результате ошибся, зачеркнул несколько букв, потом их исправил. Опера не стали просить бизнесмена переписать ФИО, в результате на договоре подпись оказалась со всеми этими исправлениями. Серьезная улика. В результате Пипченков начал трясти сначала Слиозберга, потом Сыча. А затее Питровского. Миша Купчинский довольно быстро удрал в Израиль. Он был объявлен в розыск. Сыч на все допросах постоянно врал по любому поводу. Более лживого человека вообще найти сложно. Пиотровского допрашивали дважды. Он признал факт встречи с Шубиным, но заявил, что отправил его к Сычу, поскольку считал того отличным профессионалом. О Сыче отзывался крайне положительно, заявлял, что он один из лучших работников и ни к каким рейдерским захватам отношения не имеет. Про свое знакомство с Мишей Купчинским говорил крайне уклончиво. В результате в суд удалось отправить только Сыча и его подчиненных. «Добро» на то, что бы дожимать Пиотровского получены «сверху» так и не было.
Что касается других рейдерских захватов, то вначале дела двигались тяжело, однако потом арестованные один за другим начали сотрудничать со следствием. Для этого Пипченков придумал своеборазное ноу-хау. Он прекрасно понимал, что Генпрокуратура, в силу свой дружбы с ГУВД Санкт-Петербурга и негласной поддержке Кумарина, в судах не будет просить для свидетелей СК РФ условные сроки. Поэтому Пипченков просто предлагал фигурантам дел, что он им не станет предъявлять новых обвинений, обвинений по тяжких статьям и т.д. А взамен они должны начать сотрудничать. Одним из первых стал давать показания Шенгелия. Он и раньше догадывался, что его «слил» Кумарин, но, что-либо говорить просто боялся. Потом Кумарин сам оказался за решеткой и Пипченков поставил перед Шенгелией вопрос ребром: либо на него повесят целую серию рейдерских захватов и, возможно, убийств, либо он дает показания. И тут Шенгелию понесло. Он рассказал и про Кумарина, и про Дрокова, и про Сыча, и про братьев Цветковых (активные участники тамбовской ОПГ), а так же про множество других людей. Гораздо сложней была ситуация с «правой рукой» Кумарина Дроковым. Он вначале ни в какую не хотел сотрудничать, тогда ему преподнесли хороший урок. В 2009 году он получил по одному из дел о рейдерских захватах срок в 15 лет тюрьмы (Кумарину дали на год меньше). После этого Пипченков все-таки доломал Дрокова. Следователь заявил, что выбор у того небольшой. В случае и дальнейшего отказа от сотрудничества, ему будут предъявляться автоматически все те же обвинения, что и Кумарину, в том числе и в убийствах. А это означает, что Дроков на свободу не выйдет уже никогда. Если же он начинает давать показания, то срок за рейдерство станет для него единственным и больше никаких обвинений не будет. В результате Дроков сломался, и оказался болтливей еще больше, чем Шенгелия. Он не только про Кумарина дал показания, но и про Слиозберга, с которым часто общался, про Леухина, про тех же Сыча и Пиотровского.
![Владимир Кумарин (Барсуков)](/uploads/posts/2021-02/1614415423_vladimir-kumarin-barsukov.jpg)
Если говорить тут о какой-то порядочности среди всех персонажей, то тут больше всех удивил Леухин. Он отказался давать любые показания, даже на того же Кумарина, который поспособствовал тому, что Медведь оказался за решеткой.
![Бандитско-ментовский Петербург](/uploads/posts/2021-02/1614415922_kum-dok-2.jpg)