На фоне ТКО «затерялись» ЖБО
В контексте непрекращающегося обсуждения хода мусорной реформы, сфера обращения с твердыми коммунальными отходами (ТКО) полностью заслонила собой другое, не менее важное направление, связанное с жидкими бытовыми отходами (ЖБО). Последние включают в себя, в том числе содержимое выгребных ям, стоки из кухонь, ванных комнат и санузлов, и относятся к IVклассу опасности. Для обращения с ними специализированной организации требуется лицензия Росприроднадзора.Между тем, проблем в этой области достаточно. К примеру, только в прошлом году в Кургане было выявлено более 40 несанкционированных сливов ЖБО в городскую канализацию. Региональный информационно-деловой портал «Область» ссылается на статистику, из которой следует: до 50% ЖБО утилизируется недобросовестными курганскими перевозчиками вне специально оборудованных пунктов приема, что приводит к нарушению санитарных норм, создавая угрозу здоровью людей и экологии.
Прошлым летом депутаты Ростовского областного Заксобрания обратились к коллегам из Госдумы с просьбой ускорить рассмотрение законопроекта, внесенного в нижнюю палату годом ранее и устраняющего правовые пробелы в сфере обращения с ЖБО.
«Это необходимо для того, чтобы люди четко знали, как нужно осуществлять операции с жидкими бытовыми отходами, чтоб они не сливались в реки, балки и лесополосы, а обезвреживались и утилизировались по всем правилам», – прокомментировал депутатскую инициативу зампредседателя комитета по строительству, ЖКХ, энергетике, транспорту и связи Сергей Ковалев.
![Подписывайтесь на наш канал](/uploads/yandex-zen-cgr.jpg)
До этого на проблеме загрязнения Волги жидкими бытовыми отходами акцентировали внимание спикера Госдумы Вячеслава Володина депутаты Госсовета Татарстана. В своем обращении они подчеркивали, что по данным Росстата только 65,4% жилищного фонда в РФ оборудовано централизованной канализацией. В сельских населенных пунктах этот показатель еще меньше и составляет всего 18,3%. Вот только порядок обращения с ЖБО в домах без канализации законом практически не регламентируется.
«В частности, отсутствуют однозначное определение понятия «жидкие бытовые (коммунальные) отходы», разработанные и утвержденные методики по определению норм образования и накопления таких отходов, не разработаны и отсутствуют методики определения состава жидких отходов», – цитировала обращение татарстанских народных избранников «Парламентская Газета».
Валентина Матвиенко «разносит» реформаторов
Несмотря на масштаб проблемы, первостепенное внимание чиновники уделяют, конечно же, теме обращения с ТКО. Это не удивительно, если учесть, что реформа с ее регоператорами, полигонами и мусоросортировочными комплексами поглощает сотни миллиардов рублей. Однако голоса критиков реформы звучат все громче, и в их число входит спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко.«Отчитываемся – столько-то свалок ликвидировано. Но, к сожалению, нет отчета, сколько новых появилось. Потому что больше внимания, больше акцент надо делать не только на ликвидацию свалок, объектов накопленного экологического вреда, но надо на переработку, на утилизацию, на организационные меры по защите наших лесов и так далее от незаконных свалок – вот на это надо обращать внимание», – заявляла госпожа Матвиенко, подчеркивая: «Пока в этой части закон работает плохо, явно плохо. Поэтому в каждом субъекте надо наводить соответствующий порядок».
Буквально на днях в российских телеграм-каналах появились сообщения о встрече Валентины Ивановны с вице-премьером Викторией Абрамченко. В процессе общения спикер Совфеда якобы выразила недовольство реализацией «мусорной» реформы, ее промежуточными результатами, а также эффективностью работы директора ППК РЭО Дениса Буцаева.
Одновременно издание «Правда УрФО» в одной из публикаций, посвященных фактическому провалу реформаторов в Кургане и Челябинске, отметило «предметный интерес Матвиенко» к проблеме, дающий шанс на то, что«ситуация с отсутствием переработки, фальсифицированными отчетами и зашкаливающей коррупцией начнет изменяться».
«Интерес Матвиенко вполне может быть связан с личными интересами ее окружения к инвестиционно привлекательной теме», – высказал предположение анонимный источник «Правды УрФО».
Сын спикера на бюджетной «игле»
«Зри в корень», – напутствовал классик. Соответственно, хотелось бы больше узнать о лицах из окружения главы Совфеда, заинтересованных в «инвестиционно привлекательной» «мусорной» теме. И здесь-то выясняется, что интерес к коммунальным отходам имеется у собственного семейства спикера. Правда, не к твердым коммунальным, а к жидким бытовым, проблемами с обращением которых уже не первый год озабочены законодатели в регионах.Так, телеграм-канал «Записки журналиста» весьма своевременно напомнил о сыне спикера Сергее Матвиенко, в собственности которого с декабря 2018 года находится столичная компания«Параметр», специализирующаяся на сборе и обработке сточных вод, относящихся к ЖБО. Как писал «Коммерсант», первоначально фирма была зарегистрирована в Санкт-Петербурге, но затем «прописалась» в Москве. Ее первым гендиректором издание называет Виталия Конева, с 2009-го бессменно возглавляющего принадлежащее Матвиенко питерское предприятие «Вавилон», чей основной вид деятельности – аренда и управление имуществом.
ООО «Параметр» демонстрирует впечатляющие финансовые показатели: по итогам 2022 года при выручке в 1,4 миллиарда его прибыль составила 115,5 млн рублей. Годом ранее были задекларированы выручка в 1,3 миллиарда и прибыль в размере почти 193 миллионов.
В 2020-м выручка – 1,9 миллиарда, прибыль – 331,7 млн рублей. К этому стоит добавить солидный портфель госконтрактов, превышающий 4,4 млрд рублей.
Основным заказчиком «Параметра» выступает АО «Мосводоканал»: с ним заключены контракты на 2,5 миллиарда, еще на 984,4 млн рублей подписаны договоры с ГУП «Мосводосток». В общем, сын чиновницы довольно продуктивно «осваивает» бюджет.
Но это еще не все. В Казани зарегистрирована компания «Параметр Плюс» с тем же самым видом деятельности – сбор и обработка сточных вод. Ее совладельцы – ООО «Параметр» (30%) и Андрей Журавлев (70%), занимающий должность гендиректора столичного предприятия. В 2022 году при выручке в 626,4 млн рублей прибыль «Параметра Плюс» составила 157,9 миллиона (для сравнения: годом ранее выручка – 305 миллионов, прибыль – почти 85 млн рублей).
Без госконтрактов также не обходится, их объем превышает 541 млн рублей. Основные заказчики – все тот же «Мосводосток», от которого получены подряды на 286,7 миллиона, и ГКУ «Главинвестстрой Республики Татарстан», заключивший с «Параметром Плюс» контракты на 199 миллионов.
Добавим также, что до июня 2023 года Сергей Матвиенко выступал учредителем петербургского ООО «АРС», специализирующегося на заборе и очистке воды для питьевых и промышленных нужд (до него владельцем редприятия был уже знакомый нам Андрей Журавлев).
Примечательно, что вхождение Матвиенко в капитал компании чудесным образом совпало с взлетом ее прибыли: в 2021 году при отсутствии выручки она составила 2,9 миллиона, в то время как годом ранее «АРС» сработал «в минус» на 21 тыс. рублей. В 2022-м предприятие снова задекларировало нулевую выручку и незначительные убытки.
Убыточный бизнес и компаньоны-миллиардеры
За исключением структур «Параметра», остальной бизнес Сергея Матвиенко убыточен. Приведем несколько примеров. Так, уже упоминавшееся выше ООО «Вавилон» в 2022 году при выручке в 25 миллионов ушло «в минус» на 3,5 миллиона. Годом ранее выручка компании составила25,1 миллиона, убытки – 208 тыс. рублей. Специализирующееся на аренде и управлении недвижимостью питерское ООО «Бизнес-Инвест» в 2022-м задекларировало выручку в размере 15,3 миллиона и убыток в 4,1 млн рублей (в 2021 году выручка – 14,6 миллиона, убыток – 6 млн рублей).Занимающееся деятельностью в области архитектурыООО «Сфен-Инвест» выручки не приносит, а в 2022 году отчиталось об убытках в 228 миллионов.ООО «Мегастрой» (ведет деятельность по аренде и управлению имуществом) в 2022 году при выручке в 8,6 миллиона ушло «в минус» на 3 млн рублей. Годом ранее его выручка составила 8,8 миллиона, убытки– опять-таки 3 миллиона.
На этом фоне бросаются в глаза финансовые показатели питерской компании «Аксиома» (вид деятельности – тот же, что у «Мегастроя») за 2022 год: выручка – 10,1 миллиона, прибыль – 60,1 млн рублей. Вот только годом ранее при выручке в 10 миллионов убытки «Аксиомы» составили 1,7 млн рублей, а в 2020-м фирма ушла «в минус» на 10,6 миллиона.
В отличие от всех перечисленных выше коммерческих структур, стабильную прибыль приносит другая петербургская компания – специализирующееся на деятельности заказчика-застройщика и генподрядчика ООО «Мегалит-Охта Групп»: в 2022-м при выручке в 5,5 миллиарда она составила 3,2 млрд рублей. В 2021 году финансовые показатели предприятия были более скромными: выручка – 2,5 миллиарда, прибыль – 904,1 млн рублей.
Однако в уставном капитале «Мегалит-Охта Групп» Сергею Матвиенко принадлежит только 15%, основным же владельцем предприятия (85%) является ООО «Бриз», учредителями которого выступают ООО «Всеволжское земельное общество-153» и ООО «Охта Групп». Первое контролируется известным питерским бизнесменом, основателем и владельцем девелоперской группы «Мегалит», миллиардером Александром Брега (он же, кстати, занимает должность гендиректора «Мегалит-Охта Групп»).
Что касается ООО «Охта Групп», то его основным владельцем является другой миллиардер из Северной столицы – Владимир Свиньин. В сети его называют деловым партнером Глеба Франка (зятя олигарха Геннадия Тимченко) и Максима Воробьева (брата губернатора Подмосковья Андрея Воробьева). В 2021 году связанный с бизнесменом ЗПИФустановил контроль над «Балтийским морским буксирным агентством» – крупнейшей в российской акватории Балтийского моря буксирной компанией. Как писало издание «Фонтанка», таким образом Свиньин переиграл «авторитетного бизнесмена» Илью Трабера – «топового игрока регионального портового бизнеса».
Таким образом, из собственных коммерческих структур Сергея Матвиенко успешно функционируют только занимающиеся сбором и обработкой стоков, причем плотно «сидящие» на бюджетной «игле». Не потому ли влиятельная спикер Совфеда озаботилась мусорной реформой, что решила помочь отпрыску в расширении бизнеса, связанного с отходами?